Перейти к содержанию
Форум интернет-конференций ВолНЦ РАН

Максим Александрович Головчин

Модераторы
  • Публикаций

    154
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Победитель дней

    1

Весь контент Максим Александрович Головчин

  1. Спасибо за ответ, Максим Сергеевич! Мне кажется, что здесь ключевой вопрос - насколько оправдано полное делегирование родителями воспитания своих детей образовательным институтам. Зачастую, это сопровождается полным снятием ответственности за последствия с семьи как с института социализации. По моему мнению, семья должна нести ответственность за правовой нигилизм наравне со школой и вузом. Именно с семьи надо начинать формировать правовую культуру. Бывает, правда, что и родители становятся не лучшим образцом правовой культуры для ребенка.
  2. Здравствуйте, Максим Сергеевич! А в чем причины правового нигилизма среди молодежи? Проблема в образовании? В семье? В отсутствии государственной политики? Может, неоднозначное влияние СМИ и интернета? Может, правовой нигилизм - это массовая реакция молодого поколения на какие-либо общественные и политические процессы? На что воздействовать и как преодолеть правовой нигилизм?
  3. Добрый день, Анна Сергеевна! В докладе Вы говорите об использовании цифровых технологий для формирования открытой среды, прозрачности и выявления фактов коррупции. Но коррупция - это по большей части институциональное явление, т.е. она появляется потому что институциональная среда (нормы, законы, правила) неустойчива. Может ли использование цифровых продуктов предупредить сам факт коррупционного поведения до того как произошло противоправное деяние? Или же цифровизация имеет дело с этими деяниями post factum?
  4. Спасибо за интересные вопросы, Татьяна Сергеевна! По поводу первого вопроса. К категории "личностно-профессиональная устойчивость" (иногда употребляется просто "профессиональная устойчивость") в науке есть несколько подходов: одни понимают под ней свойство личности профессионала; другие - характеристику взаимодействия личности и профессио­нальной среды; третье - обозначение социальной проблемы закрепляемости кадров; четвертые - копинг-стратегию, поддерживающую профессионализм. По существу, в каждой авторской модели личностно-профессиональной устойчивости прослеживается понимание того, каким в психологическо-ценностном плане должен быть образ профессионала, способного удержаться в непростой профессии учителя (уверенным в себе, эмоционально стабильным, гибким к новациям, мотивированным на достижения в профессиональной сфере, внутренне удовлетворенным условиями труда, склонным к саморефлексии и самокритике и т. д.). Ученые, стремясь представить личностно-профессиональную устойчивость как интегративный показатель, заостряют внимание лишь на одной из его сторон (либо личностной, либо профессио­нальной). Поэтому, зачастую в процессе интеграции не происходит совмещения таких ролей педагога, как член домохозяйства, работник школы, экономический агент и т. д. Час­то из поля зрения исследователей исчезает важный для личностно-профессиональной устойчивости ресурсный фактор (а именно наличие ресурсов зачастую формирует желание остаться или покинуть профессию). В рамках нашего исследования мы подчеркиваем именно ресурсный аспект, т.е. рассматриваем влияние различных ресурсов (экономических, социальных, средовых, институциональных, личностных) на стабильность и устойчивость в профессии. По поводу второго вопроса. В рамках нашего исследования мы заострили внимание на влиянии цифровизации на личностно--профессиональную устойчивость. Хотя на нее влияют множество факторов. По существу слабость или отсутствие какого-либо ресурса ведет к потере устойчивости педагога в профессии. Здесь целесообразнее говорить не о каких-то отдельных мероприятиях, а о существенной корректировке всей государственной образовательной политики. В отношении влияния цифровизации на ЛПУ нами ранее была предложена вариативная матрица адаптации образовательных агентов к условиям цифровизации (ознакомиться с ней можно в статье Головчин М.А. Институциональные ловушки цифровизации российского высшего образования // Высшее образование в России. 2021. Т. 30. No 3. С. 59-75. DOI: 10.31992/0869-3617-2021-30-3-59-75). Надеюсь я смог ответить на Ваши вопросы? Еще раз благодарю за очень глубокую и вдумчивую полемику!
  5. Спасибо за вопрос, Оксана Васильевна! Под новаторскими учебными занятиями мы понимаем авторские занятия, проведенные педагогом по собственной методике и сверх образовательной программы. Это обычно открытые творческие занятия. Подобные занятия могут быть основаны на использовании инновационных продуктов, так и нет. В рамках нашего опроса все респонденты отметили, что проводят подобные занятия, но только 77% из них использует в их рамках цифровые технологии. Как такового перечня инновационных технологий, насколько я знаю, не существует. Но инновационные технологии (их виды и применение) прописаны в ФГОСах. Тем, не менее, инновационные технологии - это не всегда цифровые технологии. С четким пониманием, какая цифровая технология должна использоваться не все так однозначно. Это хорошо показала ситуация 2020 г., когда школы не могли понять, какое ПО использовать для удаленных занятий. Многие вопросы использования цифровых технологий в образовательном процессе сейчас во многом отданы на откуп образовательным организациям. В целом в докладе я говорю не об отсутствии перечня как такового, а об отсутствии регламента применения цифровых технологий, а также концептуального понимания задач их использования в образовательном процессе (помимо организации удаленного обучения в эпидемиологической обстановке).
  6. Добрый день, Владимир Сергеевич! Каковы, на Ваш взгляд, перспективы развития цифровой экономики в России в новой геополитической ситуации, когда страну массово покидают основные акторы рынка цифровых продуктов, производители процессоров и интернет-комплектующих?
  7. Здравствуйте, Аркадий Константинович! Спасибо за интересный доклад! Считаете ли Вы вызовами пенсионной системе неравномерность гарантий по выплате пенсий (например, у ряда профессиональных категорий размеры выплат больше, пенсионный возраст начинается раньше)? Является ли вызовом то, что государство не поощряет трудовую деятельность пенсионеров (гарантии у работающих пенсионеров другие, нежели у неработающих)? Как ответить на эти вызовы?
  8. Добрый день Айдын Абдулвагабович и Нелли Руслановна! Очень интересное техническое решение! А что показал пилотное исследование в плане инструментального применения этого решения в пилотной группе? Это решение воспринимается в детских садах? Насколько просто проводить этот мониторинг? Каковы ограничения? Это решение упрощает или утяжеляет работу в детском саду (насколько я знаю, в детских садах требуется заполнение отчетности в очень большом объеме)? Каковы перспективы внедрения решения в изначальном виде на региональном и федеральном уровне?
  9. Здравствуйте, Евгений Владимирович! Спасибо за интересный вопрос! О системных ограничениях цифровизации в образовании можно рассуждать очень долго. Все эти ограничения уже давно были объединены в категорию "институциональные ловушки образовательной цифровизации". Довольно сложно выделить какую-то базовую или основную ловушку. Я бы сказал, что в нынешней политике цифровизации не учтены реакции агентов и механизм защиты от оппортунистического поведения. Благодаря этому, процессы цифровизации в школах, колледжах и вузах часто внедряются формально (потому что так предписано), а не для развития и совершенствования процесса обучения. В образовании сформировалось весьма большое пространство для проявления эвристик агентов (замена дистанционного обучения самостоятельной работой и т.д.). В данном случае виноваты не столько агенты. Они просто действуют как Homo Economicus (стараются максимизировать потребности и минимизировать издержки). Речь скорее о том, что государство никак не регламентирует процессы образовательной цифровизации (и, скорее всего, делает это намеренно, чтобы создать "контрактные дыры"). Вопрос о том, какие формы являются в этом случае оптимальными очень непросто решить. Скорее всего, следует обратить внимание не на внедрение новых технологических и управленческих практик, а на поведение агентов. В статье "Институциональные ловушки цифровизации российского высшего образования" (Высшее образование в России. 2021. Т. 30. No 3. С. 59-75) я предлагал модель процесса адаптации агентов к процессам образовательной цифровизации. Если коротко, то суть модели в том, чтобы в процессе внедрения цифровых технологий учитывать роль агентов (консерватор, инноватор, оппортунист). В целом внедрять новые цифровые технологии нужно так, чтобы не заменять ими те традиции, которые сложились в образовании. В этом случае у образовательной цифровизации будут перспективы как некого компенсаторного института. Надеюсь, я смог ответить на Ваши вопросы!
  10. Добрый день, Татьяна Сергеевна! Спасибо за весьма интересные теоретические обобщения! Насколько я понял, в идеале роли социального предпринимателя и социального инноватора должны пресекаться и отражаться в конкретной личности. Тогда предпринимательство обречено на успех. А как происходит на самом деле? Склонны ли социальные предприниматели к решению социальных проблем инновационным путем? Или они отдают предпочтение традиционным методам? Не сводится ли социальное предпринимательство к зарабатыванию денег любыми подходящими способами? И второй вопрос. А может ли социальная благотворительность (а не только предпринимательство) реализовываться через социальные инновации?
  11. Здравствуйте, Юлия Олеговна! Ваш доклад посвящен влиянию цифровизации на характеристики трудовых ресурсов, но подробно Вы рассказали лишь о потребности в ИТ-специалистах. А как цифровизация влияет на представителей других профессий - инженеров, педагогов, врачей, ученых, водителей? С ними что-то происходит в плане количества и качества? В науке бытует мнение, что цифровизация приводит к резкому сокращению свободных рабочих мест на производстве (по причине замены человеческого труда роботами и искусственным интеллектом). Наблюдаются ли такие тенденции?
  12. Вопрос по существу реформ

    Спасибо за очень интересный доклад, Галина Валентиновна! "Реформирование образования продолжается..."? Не кажется ли Вам, что это уже не реформирование, а работа над ошибками прошлых реформ? Некий "откат настроек" и эволюция "в обратную сторону"? Есть ли у сферы образования некое оптимальное состояние, по достижению которого реформы (как новаторские изменения, необходимые для решения проблем) уже не понадобятся? И образование в итоге сможет просто функционировать и развиваться. Или же идет постоянный поиск этого состояния? Также есть такое выражение "архитекторы реформ". Кто, по Вашему мнению, является архитекторами нынешних реформ в образовании? Все население? Педагогическое сообщество? Государство? Отдельные группы экспертов?
  13. Вопрос по существу реформ

    Спасибо за очень интересный доклад, Галина Валентиновна! "Реформирование образования продолжается..."? Не кажется ли Вам, что это уже не реформирование, а работа над ошибками прошлых реформ? Некий "откат настроек" и эволюция "в обратную сторону"? Есть ли у сферы образования некое оптимальное состояние, по достижению которого реформы (как новаторские изменения, необходимые для решения проблем) уже не понадобятся? И образование в итоге сможет просто функционировать и развиваться. Или же идет постоянный поиск этого состояния?
  14. Вопрос

    Здравствуйте, Оксана Александровна! Спасибо за интересный доклад! В нем Вы отметили стремление населения к просоциальному и альтруистическому поведению. Но эта модель поведения привилась далеко не всем. Не пытались ли Вы на примере выборки опроса выделить социальные признаки именно тех, кто проявляет эгоизм в постковидном обществе, не считает нужным следовать интересам Других? Кто эти люди? Какие группы (возрастные, социальные) они представляют? С чем связано их поведение?
  15. Вопрос

    Уважаемые авторы! Большое спасибо за интересный материал! Прошу ответить на ряд вопросов: 1) Вы пишите, "чаще всего нарушают морально-нравственные нормы в виртуальном пространстве те пользователи, которые не определились со степенью доверия к информации в интернете". А что значит "нарушение морально-нравственных норм виртуальном пространстве"? Морально-нравственные нормы обычно не кодифицированны, и представление о них у населения может быть размытым. О каких именно практиках, содержащих нарушение морально-нравственных норм, говорили опрошенные Вами респонденты? 2) Как Вы считаете, не повлияло ли на качество ответов то, что Вы собирали личные данные о респондентах. Этот вопрос не возник бы, если бы Вы в опросе не узнавали именно о нарушении норм. Обычно люди в таком признаются только при условии полной анонимности. 3) Не означает ли, что респонденты, которые затруднились ответить о доверии к интернет-пространству, просто таким образом пытаются уйти от ответа на вопрос (хотя бы в силу неанонимности опроса), а не демонстрируют незнание (как это интерпретируете Вы).
  16. Уважаемые авторы! Как Вы считаете, каким образом повлияли на трудоустраиваемость выпускников ограничения передвижений между регионами в период пандемии (ведь работники часто стремятся трудоустроиться в регионах с высоким уровнем жизни)?
  17. Здравствуйте, Нина Андреевна! В онлайн-среде существует множество форматов общения: общение в мессенджерах, на форумах, в социальных сетях, общение с педагогом на образовательных платформах и т.д. Все эти форматы предполагают разный тип коммуникации. Общение в каком формате оценивали Ваши респонденты?
  18. Вопрос

    Здравствуйте, уважаемая Наталья Александровна! А Вы не пытались в рамках своего исследования выявить взаимосвязь между углублением в онлайн-среду и социальным настроением, социальным самочувствием?
  19. Вопрос

    Уважаемые авторы! Вы упомянули, что свои выводы Вы основываете на пилотном исследовании. Пилотаж обычно используется для того, чтобы в экспериментальном режиме понять насколько валиден исследовательский инструментарий. Какие выводы о качестве инструментария позволил Вам сделать пилотный этап? Сколько респондентов участвовало в пилотаже? Корректно ли сравнивать итоги пилотажа с более ранними замерами (в предыдущие периоды ведь опрос не мог носить пилотного характера)?
  20. Вопрос

    Уважаемая Мария Андреевна, Вы пишете, что на профессиональном уровне присутствуют признаки цифрового гендерного разрыва. В тоже время в России есть ряд традиционно сильно феминизированных профессий, в которых представительство мужчин минимально. Обычно к числу этих профессий относят педагогов и ученых. Как Вы оцениваете цифровые перспективы этих профессий? Влияют ли на эти перспективы гендерные стереотипы? Может, чтобы в образовании и науке лучше внедрялась цифровизация нужно заменить всех женщин на мужчин?
  21. Оксана Сергеевна, спасибо за интересные исследовательские результаты! Вы связываете поисковую активность в сети Интернет в период пандемии со стремлением пользователей к самообразованию. Можно ли посмотреть на эту проблему шире? В период пандемии были закрыты все образовательные организации, и онлайн-образование из альтернативной услуги превратилось в основную (рутинную). По другому было, к сожалению, нельзя. Видится, поэтому поисковая активность была обусловлена не "активизацией человеческого капитала", как пишите Вы, а вынужденной необходимостью (нужно получать образование, готовиться к экзаменам, которые никто не отменил, а по другому нельзя).
  22. Вопрос

    Уважаемые авторы! Меня заинтересовало теоретическое решение в Вашем исследований. Сейчас, безусловно, имеет место цифровое территориальное неравенство, но не слишком ли скоропалительно принимать на веру все идеалы "цифровой революции" (даже, если, как говорят многие, она необратима)? А какой, по Вашему мнению, должен быть ориентир цифрового развития? Возможно ли, что все 100% населения в будущем будут активно пользоваться интернетом? Возможно ли, что проникновение интернета будет мешать культурному развитию ряда локализованных территорий, которые имеют свой сложившийся уклад?
  23. Вопрос

    Уважаемая Марина Владимировна! Как Вы относитесь к созданию в России Единого федерального информационного регистра, который будет в одном месте аккумулировать всю личную информацию о населении? Не является ли это угрозой безопасности цифрового пространства?
  24. О модели оценки Smart-компетенций

    Спасибо за интересный вопрос, Галина Валентиновна! Теоретическая модель - эта не оценочная схема. В ходе ее построения мы пытались понять, что такое smart-образование. На основе самооценок испытуемых будет определяться лишь один элемент модели - smart-компетенции. Все остальные кластеры создают условия для формирования этих компетенций. Да, риск субъективизма в связи с самооценкой, конечно, существует. Однако именно на самооценке уровня владения компетенциями построен технологический подход, который мы используем (этот подход является общепринятым в науке и описан в сообщении). В настоящее время в науке часто можно встретить критику и традиционного (тестового) подхода в педагогических измерениях, поскольку тот часто презентует не уровень компетенции, а умение решать задания (что далеко не одно и тоже). Самооценка, кстати, постепенно становится дополнительным программным элементом оценивания в общеобразовательной школе. Добавлю также, что вопросы нашего теста не построены линейно, т.е. мы не напрямую спрашиваем испытуемых: "Владеете ли Вы компетенцией?". Скорее мы погружаем испытуемого в конкретную ситуацию (нужно установить программу на компьютере, оплатить покупки, передавать / не передавать данные своей банковской карты, общаться с друзьями в социальных сетях и т.д.), а затем пытаемся выяснить приемлемый вариант реакции (без указаний, в каком случае ответ будет правильным, а в каком - нет). Это помогает избежать субъективизма оценок, поскольку у испытуемых зачастую нет понимания того, что в данном случае будет нормой. Надеюсь, мне удалось прояснить интересующие Вас моменты.
×